Шариков из белок делать будут на рабочий кредит

Шарикова на свободу и сказал:

– Грузовик вас ждёт?

– Нет, – почтительно ответил Полиграф, – он только меня привёз.

– Зина, отпустите машину. Теперь имейте в виду следующее: вы опять вернулись в квартиру Филиппа Филипповича?

– Куда же мне ещё? – робко ответил Шариков, блуждая глазами.

– Отлично-с. Быть тише воды, ниже травы. В противном случае за каждую безобразную выходку будете иметь со мною дело. Понятно?

– Понятно, – ответил Шариков.

Филипп Филиппович во всё время насилия над Шариковым хранил молчание.

Как-то жалко он съёжился у притолоки и грыз ноготь, потупив глаза в паркет. Потом вдруг поднял их на Шарикова и спросил, глухо и автоматически:

– Что же вы делаете с этими… С убитыми котами?

– На польты пойдут, – ответил Шариков, – из них белок будут делать на рабочий кредит.

Засим в квартире настала тишина и продолжалась двое суток. Полиграф Полиграфович утром уезжал на грузовике, появлялся вечером, тихо обедал в компании Филиппа Филипповича и Борменталя.

Несмотря на то, что Борменталь и Шариков спали в одной комнате приёмной, они не разговаривали друг с другом, так что Борменталь соскучился первый.

Дня через два в квартире появилась худенькая с подрисованными глазами барышня в кремовых чулочках и очень смутилась при виде великолепия квартиры. В потёртом пальтишке она шла следом за Шариковым и в передней столкнулась с профессором.

Тот оторопелый остановился, прищурился и спросил:

– Я с ней расписываюсь, это – наша машинистка, жить со мной будет. Борменталя надо будет выселить из приёмной. У него своя квартира есть, – крайне неприязненно и хмуро пояснил Шариков.

Филипп Филиппович поморгал глазами, подумал, глядя на побагровевшую барышню, и очень вежливо пригласил её.

– Я вас попрошу на минуточку ко мне в кабинет.

– И я с ней пойду, – быстро и подозрительно молвил Шариков.

И тут моментально вынырнул как из-под земли Борменталь.

– Извините, – сказал он, – профессор побеседует с дамой, а мы уж с вами побудем здесь.

Читайте также:  Первым будет удовлетворено требование кредиторов

– Я не хочу, – злобно отозвался Шариков, пытаясь устремиться вслед за сгорающей от стыда барышней и Филиппом Филипповичем.

– Нет, простите, – Борменталь взял Шарикова за кисть руки и они пошли в смотровую.

Минут пять из кабинета ничего не слышалось, а потом вдруг глухо донеслись рыдания барышни.

Филипп Филиппович стоял у стола, а барышня плакала в грязный кружевной платочек.

– Он сказал, негодяй, что ранен в боях, – рыдала барышня.

– Лжёт, – непреклонно отвечал Филипп Филиппович. Он покачал головой и продолжал. – Мне вас искренне жаль, но нельзя же так с первым встречным только из-за служебного положения… Детка, ведь это безобразие. Вот что… – Он открыл ящик письменного стола и вынул три бумажки по три червонца.

– Я отравлюсь, – плакала барышня, – в столовке солонина каждый день… И угрожает… Говорит, что он красный командир… Со мною, говорит, будешь жить в роскошной квартире… Каждый день аванс… Психика у меня добрая, говорит, я только котов ненавижу… Он у меня кольцо на память взял…

– Неужели в этой самой подворотне?

– Ну, берите деньги, когда дают взаймы, – рявкнул Филипп Филиппович.

Затем торжественно распахнулись двери и Борменталь по приглашению Филиппа Филипповича ввёл Шарикова. Тот бегал глазами, и шерсть на голове у него возвышалась, как щётка.

«- Что же вы делаете с этими. с убитыми котами?

— На польты пойдут, — ответил Шариков, — из них белок будут делать на рабочий кредит.»

или зачем им столько кошек дома. как набирается на шубу — раз! и шубейка к зиме готова

Главное откармливать получше, что бы площадь шкурки была больше!

Да теперь понятно зачем бабки столько кошек дома держат , копят на шубу!

А шо, так можно было?

Всех своих любимцев можно всегда носить с собой, и кормить не надо.

Читайте также:  Совкомбанк легко ли получить кредит

Вот это Мурзик, это Барсик, а это кошка Манька, такая проказница была..

Любой скорняк на ощупь может сказать, что за мех на ощупь! это преамбула.

Работал как то в ателье по пошиву меховых шапок. И пришел ко мне парень с выделки со словами: Mikasik , тут у тещи сдохла кошка, очень любила теща Барсика. Не мог бы ты из барсика сгундёпать шапку?

А чего ж не сделать то?! барсика в студию ! Барсик был извлечен из кармана в виде выделанной шкуры, представляющей из себя среднего барсика с лапами и когтями, ну и головой, ессесно. Бросив барсика на стол, где он живописно распластался «а-ля живой кот» продолжил кромсать предыдущие шапки. И тут пришла начальница.. Втирая мне какие то нелепости и смотря мне в глаза натыкается рукой на барсика. Жамкнула разок шкуру, второй раз жамкнула и на лице появляется некоторая растерянность и удивление. Жамкнув третий раз несчастного барсика и наконец опустила глаза на неведанного ей зверя начальница издала ультразвуковое» Млять!» и прыгнула в сторону двери и и продолжая верещать скрылась в коридоре.. Мы потом мерили расстояние от стола до двери. Получилось 2.20 метра. С места, при росте 1.65 Долго мне потом вспоминали барсика).

Дьявол в мелочах.
Ошибка, неточность, невнятность, непонимание — и вот уже разум отправляется блуждать по кривым дорожкам, а фантазия достраивает в потёмках немыслимые химеры.

В этом смысле мне очень нравится история с переводчиком булгаковского «Собачьего сердца» на английский язык Майклом Гленни. Знаменитая история.
Как мы помним, у Булгакова профессор Преображенский спрашивает у Шарикова, который поступил в подотдел очистки:

— Что же вы делаете с этими. с убитыми котами?
— На польты пойдут, — ответил Шариков. — Из них белок будут делать на рабочий кредит.

Майкл Гленни переводит шариковский ответ так:
`They go to a laboratory`, replied Sharikov,` where they make into protein for the workers`.

То есть:
— Они пойдут в лабораторию, — ответил Шариков, — где из них сделают протеин для рабочих.

Читайте также:  Потребительский кредит с нового года в сбербанке что будет нового

Как же так? Откуда взялся протеин из котов, да ещё и для рабочих?

Но откуда же у Майкла Гленни появились лаборатории и рабочие, которых в реплике Шарикова и в помине нет?
Типичный случай небрежного перевода по контексту.
Переводчик увидел слово «рабочий» (и переделал прилагательное в существительное множественного числа). Вдобавок он принял фальшивых белок за питательный белок и не дал себе труда понять, что такое «польты». В результате в его воображении воздвиглись чудовищные лаборатории, где из дохлых кошек готовят белковую еду для рабочих.
Неверный путь из неверно понятой точки отправления.

Но к чему Шариков говорит о каком-то рабочем кредите?

В 1920-30-е годы была такая сеть кооперативных магазинов, где можно было купить вещи в рассрочку. Гарантом оплаты кредита было госпредприятие, где работал покупатель (социально чуждый элемент из частного сектора не обслуживался). В бухгалтерии ему выдавали специальные талоны, которые он сдавал в кассу магазина, а деньги потом высчитывали из его зарплаты.
Продавались в таких магазинах в основном носильные вещи — пальто, мужские костюмы, сорочки, шапки и шляпы.
Именно из такого магазина происходил наряд Эллочки Людоедки у Ильфа и Петрова:
«. по рабкредиту была куплена собачья шкура, изображающая выхухоль».
Работа Шарикова!

Наверное, в наших переводных книгах тоже полно ляпов, которые проглядели редакторы.

Впрочем, даже в русских книгах неопытный читатель может запутаться.
Писатель В.Вересаев вспоминал мальчика 13 лет, который прочитал «Евгения Онегина» и спросил мать:
— А когда Татьяна вышла замуж за толстого генерала, ведь это был её второй муж?
— Что за вздор ты говоришь? Первый.
— Нет, первый был Мартын Задека, глава халдейских мудрецов. А генерал уже второй. Ты забыла, а я нет. Смотри, вот тут Пушкин так и написал:

Мартын Задека стал потом
Любимец Тани. Он отрады
Во всех печалях ей дарит
И безотлучно с нею спит.

Adblock
detector